Третья книга Маккавейская

Между тем некто Елеазар, уважаемый муж, из священников страны, уже достигший старческого возраста и украшенный в жизни своей всякою добродетелью, пригласил стоявших вокруг него старцев призывать святаго Бога и молился так:

Є҆леаза́ръ же нѣ́кто мꙋ́жъ знамени́тый ѿ і҆ерє́й страны̀ тоѧ̀, въ ста́рости лѣ́тъ ᲂу҆жѐ дости́гъ и҆ всѧ́кою добродѣ́телїю въ житїѝ ᲂу҆кра́шенъ, ѡ҆́крестъ себє̀ ᲂу҆стро́ивъ пресвѵ́теры призыва́ти ст҃а́го бг҃а, молѧ́шесѧ си́це:

"Царь всесильный, высочайший, Бог Вседержитель, милостиво управляющий всем созданием! призри, Отец, на семя Авраама, на детей освященного Иакова, на народ святаго удела Твоего, странствующий в земле чужой и неправедно погубляемый.

цр҃ю̀ великодержа́вный, вы́шнїй, Вседержи́телю бж҃е, и҆́же созда́нїе всѐ стро́ѧй въ щедро́тахъ, воззрѝ нн҃ѣ на сѣ́мѧ а҆враа́мле, на ѡ҆свѧще́ннагѡ і҆а́кѡва ча̑да, ча́сти свѧще́нныѧ люді́й твои́хъ, въ землѝ чꙋжде́й стра́нствꙋющихъ, непра́веднѡ погиба́ющихъ, ѻ҆́ч҃е!

Ты фараона, прежнего властителя Египта, имевшего множество колесниц, превознесшегося беззаконною дерзостью и высокомерными речами, погубил с гордым его войском, потопив в море, а роду Израильскому явил свет милости.

ты̀ фараѡ́на пе́рвѣе є҆гѵ́птомъ си́мъ ѡ҆блада́ющаго, ᲂу҆мно́женаго въ колесни́цахъ, возне́сшагосѧ беззако́нною де́рзостїю и҆ ѧ҆зы́комъ велерѣ́чивымъ, съ го́рдымъ во́инствомъ въ по́нтѣ погрꙋже́нныхъ погꙋби́лъ є҆сѝ, ро́дꙋ же і҆и҃левꙋ свѣ́тъ проѧви́лъ є҆сѝ млⷭ҇ти:

Ты жестокого царя Ассирийского Сеннахирима, тщеславившегося бесчисленными войсками, покорившего мечом всю землю и восставшего на святый город Твой, в гордости и дерзости произносившего хулы, низложил, явно показав многим народам Твою силу.

ты̀ безчи́сленными си́лами возвели́чившагосѧ сеннахирі́ма тѧ́жкаго царѧ̀ а҆ссѷрі́йскаго, копїе́мъ подрꙋ́чнꙋ ᲂу҆жѐ сотвори́вшаго всю̀ зе́млю и҆ возне́сшагосѧ на ст҃ы́й тво́й гра́дъ, хꙋ̑льнаѧ глаго́лющаго съ киче́нїемъ и҆ де́рзостїю, влⷣко, сокрꙋши́лъ є҆сѝ, и҆звѣ́стнꙋ показа́въ ꙗ҆зы́кѡмъ мнѡ́гимъ твою̀ держа́вꙋ:

Ты трех отроков в Вавилоне, добровольно предавших жизнь свою огню, чтобы не служить суетным идолам, сохранил невредимыми до волоса, оросив разжженную печь, а пламень обратил на всех врагов.

ты̀ въ вавѷлѡ́нѣ трїе́хъ ѻ҆трокѡ́въ ѻ҆гню̀ дꙋ́шы самово́льнѣ преда́вшихъ, за є҆́же не слꙋжи́ти сквє́рнымъ, разжже́ннꙋю ѡ҆роси́въ пе́щь, и҆зба́вилъ є҆сѝ да́же до вла́са невреди́мыхъ, пла́мень на всѧ̑ посла́въ сопроти̑вныѧ:

Ты Даниила, клеветами зависти вверженного в ров на растерзание львам, вывел на свет невредимым; Ты, Отец, и Иону, когда он безнадежно томился во чреве кита, обитающего во глубине моря, невредимым показал всем его присным.

ты̀ данїи́ла ѡ҆болга́ньми зави́стными вве́ржена въ ро́въ на снѣде́нїе львѡ́мъ ѕвѣрє́мъ свирѣ̑пымъ, на свѣ́тъ и҆зве́лъ є҆сѝ здра́ва: и҆ і҆ѡ́нꙋ во чре́вѣ ки́та морска́гѡ та́ющаго неща́днѣ, всѣ̑мъ свои̑мъ невреди́ма показа́лъ є҆сѝ, ѻ҆́ч҃е!

И ныне, Отмститель обид, многомилостивый, покровитель всех, явись вскоре сущим от рода Израилева, обидимым от гнусных беззаконных язычников.

и҆ нн҃ѣ, ѡ҆би́дъ ненави́стниче, многомлⷭ҇тиве, всѣ́хъ покрови́телю, вско́рѣ ꙗ҆ви́сѧ сꙋ́щымъ ѿ ро́да і҆и҃лева, ѿ ꙗ҆зы̑къ же беззако́нныхъ ме́рзкихъ ѡ҆би̑димымъ:

Если же жизнь наша в преселении наполнилась нечестием, то, избавив нас от руки врагов, погуби нас, Господи, какою Тебе благоугодно, смертью,

а҆́ще же нече́стїемъ ѡ҆б̾ѧ́то є҆́сть въ преселе́нїи житїѐ на́ше, ты и҆зба́вивъ на́съ ѿ рꙋкꙋ̀ вра̑гъ си́хъ, ꙗ҆́коже произво́лиши, влⷣко, погꙋбѝ на́съ сме́ртїю,

да не славословят суеверы суетных идолов за погибель возлюбленных Твоих, говоря: не избавил их Бог их.

да не сꙋ́етными сꙋемꙋ́дреннїи похва́лѧтсѧ ѡ҆ погꙋбле́нїи возлю́бленныхъ твои́хъ, глаго́люще: нижѐ бг҃ъ и҆́хъ и҆зба́ви и҆̀хъ:

Ты же, Вечный, имеющий всю силу и всякую власть, призри ныне:

ты́ же всѧ́кꙋ си́лꙋ и҆ крѣ́пость и҆мѣ́ѧй всю̀, превѣ́чный, нн҃ѣ при́зри,

помилуй нас, по несмысленному насилию беззаконных лишаемых жизни, подобно злоумышленникам.

поми́лꙋй на́съ, ѡ҆би́дою беззако́нныхъ безслове́сною живота̀ лиша́емыхъ ѡ҆́бразомъ преда́телей,

Да устрашатся теперь язычники непобедимого могущества Твоего, Преславный, обладающий силою спасти род Иакова.

да ᲂу҆дивѧ́тсѧ нн҃ѣ ꙗ҆зы́цы непобѣди́мѣй крѣ́пости твое́й, пречⷭ҇тне, и҆мѣ́ѧй си́лꙋ ѡ҆ спⷭ҇нїи ро́да і҆а́кѡвлѧ:

Умоляет Тебя все множество младенцев и родители их со слезами: да будет явно всем язычникам, что с нами Ты, Господи, и не отвратил лица Твоего от нас;

мо́литъ тѧ̀ всѐ мно́жество младе́нцєвъ и҆ роди́телє и҆́хъ со слеза́ми: да пока́жетсѧ всѣ̑мъ ꙗ҆зы́кѡмъ, ꙗ҆́кѡ съ на́ми є҆сѝ, гдⷭ҇и, и҆ не ѿврати́лъ є҆сѝ лица̀ твоегѡ̀ ѿ на́съ:

соверши так, как сказал Ты, Господи, что и в земле врагов их Ты не презришь их".

но ꙗ҆́коже ре́клъ є҆сѝ, ꙗ҆́кѡ нижѐ въ землѝ врагѡ́въ свои́хъ сꙋ́щихъ презрѣ́лъ є҆сѝ и҆̀хъ, си́це совершѝ, гдⷭ҇и.

Только что Елеазар окончил молитву, как царь со зверями и со всем страшным войском пришел на ристалище.

Є҆леаза́рꙋ же конча́ющꙋ ᲂу҆жѐ моли́твꙋ сїю̀, ца́рь со ѕвѣрьмѝ и҆ все́ю си́лы го́рдостїю прибли́жисѧ ко і҆пподро́мꙋ.

Когда увидели его Иудеи, подняли громкий вопль к небу, так что и близлежащие долины огласились эхом, и возбудили неудержимое сострадание во всем войске.

Оу҆ви́дѣвше же і҆ꙋде́є, вельмѝ возопи́ша на нб҃о, ꙗ҆́кѡ и҆ прилежа̑щаѧ ᲂу҆дѡ́лїѧ кꙋ́пнѡ съ ни́ми вопїю̑щаѧ неꙋдержи́мь пла́чь сотвори́ша всемꙋ̀ во́инствꙋ.

Тогда великославный Вседержитель и истинный Бог, явив святое лице Свое, отверз небесные врата, из которых сошли два славных и страшных Ангела, видимые всем, кроме Иудеев.

Тогда̀ великосла́вный Вседержи́тель и҆ и҆́стинный бг҃ъ, ꙗ҆ви́въ ст҃о́е своѐ лицѐ, ѿве́рзе двє́ри нбⷭ҇ныѧ, и҆з̾ ни́хже снидо́ста два̀ сла̑вна, стра̑шна ви́домъ а҆́гг҃ла ꙗ҆вле́ннѣ всѣ̑мъ кромѣ̀ і҆ꙋде́ѡвъ,

Они стали против войска, и исполнили врагов смятением и страхом, и связали неподвижными узами; также и тело царя объял трепет, и раздраженную дерзость его постигло забвение.

и҆ сопротивоста́ста, и҆ си́лꙋ сꙋпоста̑тъ и҆спо́лниста смѧте́нїѧ и҆ ᲂу҆́жаса, и҆ неподви́жными пꙋ̑ты свѧза́ста: та́кожде и҆ тѣ́ло ца́рское тре́петно бы́сть, и҆ забве́нїе де́рзость є҆гѡ̀ тѧ́жкꙋю ѡ҆б̾ѧ̀.

Тогда слоны обратились на сопровождавшие их вооруженные войска, попирали их и погубляли.

И҆ ѡ҆брати́шасѧ ѕвѣ́рїе на послѣ́дꙋющыѧ воѡрꙋжє́нныѧ си̑лы, и҆ попира́хꙋ и҆̀хъ и҆ погꙋблѧ́хꙋ.

Гнев царя превратился в жалость и слезы о том, что пред тем он ухищрялся исполнить.

И҆ ѡ҆брати́сѧ гнѣ́въ ца́рскїй во ᲂу҆миле́нїе и҆ сле́зы ѡ҆ пред̾ꙋгото́ванныхъ ѿ негѡ̀ мꙋче́нїихъ.

Ибо, когда услышал он крик Иудеев и увидел их всех преклонившимися на погибель, то, заплакав, с гневом угрожал друзьям своим и говорил:

Оу҆слы́шавъ бо во́пль и҆ ви́дѣвъ преклоне́нныхъ всѣ́хъ въ погꙋбле́нїе, прослези́всѧ со гнѣ́вомъ дрꙋгѡ́мъ преща́ше, глаго́лѧ:

вы злоупотребляете властью и превзошли жестокостью тиранов и меня самого, вашего благодетеля, покушаетесь лишить власти и жизни, замышляя тайно неполезное для царства.

вы ѕлѣ̀ ца́рство ᲂу҆правлѧ́ете и҆ мꙋчи́телей превосхо́дите лю́тостїю, и҆ менѐ сама́го ва́шего благодѣ́телѧ тщите́сѧ ѿ вла́сти ᲂу҆жѐ и҆ дꙋ́ха низложи́ти, та́йнѡ ᲂу҆хищрѧ́юще неполє́знаѧ ца́рствꙋ:

Тех, которые так верно охраняли укрепления нашей страны, кто безумно собрал сюда, удалив каждого из дома?

кто̀ держа́вшихъ на́шѧ въ вѣ́рности страны̀ твєрды́ни, ѿ до́мꙋ ѿлꙋчи́въ, коего́ждо безслове́снѣ собра̀ сѣ́мѡ;

Тех, которые издревле превосходили все народы преданностью нам во всем и часто терпели самые тяжкие угнетения от людей, кто подверг столь незаслуженному позору?

кто̀ си́хъ, и҆̀же и҆з̾ нача́ла благопрїѧ́тствомъ къ на́мъ по всемꙋ̀ превосхо́дѧтъ всѣ́хъ ꙗ҆зы́кѡвъ и҆ ѕлѣ́йшыѧ мно́жицею ѿ человѣ̑къ под̾ѧ́ша бѣды̑, си́це беззако́нными ѡ҆бложѝ ᲂу҆́зами;

Разрешите, разрешите неправедные узы, отпустите их с миром в свои домы, испросив прощение в том, что прежде сделано; освободите сынов небесного Вседержителя, живаго Бога, Который от времен наших предков доныне подавал непрерывное благоденствие и славу нашему царству.

рѣши́те, разрѣши́те непра́вєдныѧ ᲂу҆́зы и҆ во своѧ̑ и҆̀хъ съ ми́ромъ посли́те, ѡ҆ преждесодѣ́ланныхъ примири́вшесѧ: разрѣши́те сы́ны Вседержи́телѧ нбⷭ҇нагѡ бг҃а жива́гѡ, и҆́же ѿ на́шихъ прароди́телей да́же донн҃ѣ непреткнове́нно во сла́вѣ благостоѧ́нїе подае́тъ ве́щемъ на́шымъ.

Вот что сказал царь. В ту же минуту разрешенные Иудеи, избавившись от смерти, прославляли своего святаго Спасителя Бога.

Ре́кшꙋ же ᲂу҆́бѡ є҆мꙋ̀ сїѧ̑, і҆ꙋде́є вско́рѣ разрѣше́ни бы́вше благословлѧ́хꙋ, ᲂу҆жѐ и҆збѣжа́вше сме́рти, ст҃а́го сп҃си́телѧ бг҃а своего̀.

После того царь, возвратившись в город и призвав заведующего расходами, приказал в продолжение семи дней давать Иудеям вино и прочее потребное для пиршества, положив, чтобы они на том же месте, на котором ожидали себе погибели, в полном веселье праздновали свое спасение.

Посе́мъ ца́рь во гра́дъ возврати́всѧ и҆ призва́въ над̾ росхѡ́ды старѣ́йшаго, повелѣ̀ даѧ́ти вїно̀ и҆ прѡ́чаѧ къ пирова́нїю потрє́бнаѧ і҆ꙋде́ѡмъ на дні́й се́дмь, сꙋди́въ и҆̀мъ та́можде во всѧ́цѣмъ весе́лїи де́нь спасе́нїѧ провожда́ти, въ не́мже мѣ́стѣ мнѣ́ша поги́бель прїѧ́ти.

Тогда они, бывшие перед тем в поругании и находившиеся близ ада или, лучше, нисходившие в ад, вместо горькой и плачевной смерти учредили пиршество спасения и, полные радости, разделили для возлежания место, приготовленное им на погибель и могилу.

Тогда̀ сі́и, и҆̀же пре́жде въ поноше́нїи и҆ бли́з̾ а҆́да бы́ша, па́че же въ него̀ соше́дшїи, вмѣ́стѡ го́рькїѧ и҆ плаче́вныѧ сме́рти, пи́ршество спасе́нїѧ соста́вивше, мѣ́сто ᲂу҆гото́ванное и҆̀мъ ко паде́нїю и҆ гро́бꙋ, на возлєжа́нїѧ раздѣли́ша, и҆спо́лнени ра́дости.

Оставив жалостнейшую песнь плача, они начали песнь отцов, восхваляя Спасителя Израилева и Чудотворца Бога, и, отвергнув все сетование и рыдание, составили хоры в знамение мирного веселья.

И҆ ѡ҆ста́вивше рыда́нїѧ всеплаче́внꙋю пѣ́снь, воспрїѧ́ша пѣ́снь ѻ҆те́ческꙋю, хва́лѧще сп҃си́телѧ и҆ чꙋдодѣ́телѧ бг҃а: и҆ всѧ́кїй пла́чь и҆ стена́нїе ѿри́нꙋвше, ли́ки соста́виша во зна́менїе весе́лїѧ ми́рнагѡ.

Равно и царь, составив по сему случаю многолюдное пиршество, выражал свою признательность к небу за славное, торжественно дарованное им спасение.

Та́кожде и҆ ца́рь ѡ҆ си́хъ соста́вивъ пирова́нїе ве́лїе, безпреста́ннѡ на нб҃о и҆сповѣ́дашесѧ великолѣ́пнѣ ѡ҆ пресла́внѣмъ бы́вшемъ себѣ̀ спасе́нїи.

Те же, которые обрекали их на погибель и на пищу хищным птицам и с радостью делали им перепись, теперь, объятые стыдом, восстенали, и дышавшая огнем дерзость угасла с позором.

Полага́вшїи же і҆ꙋде́євъ пре́жде въ поги́бель и҆ въ снѣ́дь пти́цамъ и҆ съ ра́достїю ѡ҆писа́вшїи, срамото́ю ѡ҆б̾ѧ́ти бы́вше стенѧ́хꙋ, ѻ҆гнедыха́тельнѣй и҆́хъ де́рзости безче́стнѡ ᲂу҆га́сшей.

А Иудеи, как сказали мы, составив упомянутый хор, отправляли празднество с радостными славословиями и псалмопениями.

І҆ꙋде́є же, ꙗ҆́коже предреко́хомъ, соста́вивше предрече́нный ли́къ, со ᲂу҆чрежде́нїемъ во и҆сповѣ́данїихъ весе́лыхъ и҆ ѱалмѣ́хъ провожда́хꙋ,

Они сделали даже общественное постановление, чтобы во всяком населении их в роды и роды радостно праздновать означенные дни, не для питья и пресыщения, но в память бывшего им от Бога спасения.

и҆ ѻ҆́бщїй ѡ҆предѣли́вше ѡ҆ си́хъ ᲂу҆ста́въ, во всѧ́цѣмъ преселе́нїи свое́мъ въ ро́ды, є҆́же бы предречє́нныѧ дни̑ пра́здновати въ весе́лїи, не питїѧ̀ ра́ди и҆ ꙗ҆де́нїѧ, но сп҃се́нїѧ ра́ди бы́вшагѡ и҆̀мъ ѿ бг҃а.

Потом они предстали царю и просили отпустить их в домы.

Прїидо́ша же ко царю̀ просѧ́ще ѿпꙋще́нїѧ во своѧ̑ си.

Перепись их производилась с двадцать пятого дня месяца Пахона до четвертого дня месяца Епифа, в продолжение сорока дней; погубление их назначалось от пятого дня месяца Епифа до седьмого, в течение трех дней, в которые славным образом явил Свою милость Владыка всех и спас их невредимо и всецело.

Ѡ҆пи́сани же бы́ша ѿ два́десѧть пѧ́тагѡ днѐ мцⷭ҇а пахѡ́на да́же до четве́ртагѡ днѐ мцⷭ҇а є҆пїфа̀, во дне́хъ четы́редесѧтихъ: соста́виша же и҆̀мъ поги́бель ѿ пѧ́тагѡ днѐ мцⷭ҇а є҆пїфа̀ да́же до седма́гѡ, въ трїе́хъ дне́хъ: въ ни́хже и҆ пресла́внѡ ꙗ҆ви́въ млⷭ҇ть свою̀ всеси́льный, и҆зба́ви и҆̀хъ безвре́дныхъ кꙋ́пнѡ.

Праздновали они, довольствуемые всем от царя, до четырнадцатого дня, в который они и представили прошение об отпуске их.

Пи́ршествоваша же всѣ́ми ѿ царѧ̀ снабдѣва́еми да́же до четвертагѡна́десѧть днѐ, во́ньже и҆ проше́нїе сотвори́ша ѡ҆ ѿпꙋще́нїи свое́мъ.

Царь, соизволив им, великодушно написал в их пользу, за своею подписью, следующее послание к городским начальникам.

Похвали́въ же и҆̀хъ ца́рь, написа̀ и҆̀мъ нижепи́санное посла́нїе ко страти́гѡмъ сꙋ́щымъ по градѡ́мъ, великодꙋ́шнѣ ᲂу҆се́рдїе и҆мꙋ́щее.