Третья книга Ездры

И сказал Он мне: от начала творения круга земного и прежде нежели установлены были пределы века, и прежде нежели подули ветры;

И҆ речѐ ко мнѣ̀: ѿ нача́ла крꙋ́га земна́гѡ и҆ пре́жде ѡ҆снова́нїѧ и҆схо́дѡвъ вѣ́ка, и҆ пре́жде не́же бы́ша ды́шꙋще собра̑нїѧ вѣ́трѡвъ

прежде нежели услышаны были гласы громов, прежде нежели возблистали молнии, прежде нежели утвердились основания рая;

и҆ пре́жде не́же возшꙋмѣ́ша гла́си гро́мнїи, и҆ пре́жде не́же возсїѧ́ша свѣ́тлѡсти блиста́нїй и҆ пре́жде не́же ᲂу҆тверди́шасѧ ѡ҆снова̑нїѧ ра̑йскаѧ,

прежде нежели показались прекрасные цветы, прежде нежели утвердились силы подвижные, и прежде нежели собрались бесчисленные воинства Ангелов;

и҆ пре́жде не́же ви́дѣни бы́ша кра́снїи цвѣ́ти и҆ пре́жде не́же ᲂу҆крѣпи́шасѧ си̑лы подви́жєныѧ, и҆ пре́жде не́же собра́шасѧ безчи́слєннаѧ вѡ́инства а҆́гг҃льскаѧ

прежде нежели поднялись высоты воздушные, прежде нежели определились меры твердей, прежде нежели возгорелись огни на Сионе;

и҆ пре́жде не́же вознесо́шасѧ высѡты̀ воздꙋ̑шныѧ, и҆ пре́жде не́жели наименова́хꙋсѧ мѣ̑ры тве́рдей и҆ пре́жде не́жели возгорѣ́шасѧ пє́щи въ сїѡ́нѣ,

прежде нежели исследованы были лета, и отделены те, которые грешат ныне, и запечатлены те, которые хранили веру, как сокровище:

и҆ пре́жде не́же и҆зслѣ̑дована бы́ша настоѧ̑щаѧ лѣ̑та и҆ пре́жде не́же ѿчꙋжди́шасѧ си́хъ, и҆̀же нн҃ѣ согрѣша́ютъ, начина̑нїѧ, и҆ пре́жде не́же назна́менани бы́ша ті́и, и҆̀же вѣ́рꙋ сокро́виществоваша:

тогда Я помыслил, и сотворено было все Мною одним, а не чрез кого-либо иного; от Меня также последует и конец, а не от кого-либо иного.

тогда̀ а҆́зъ помы́слихъ, и҆ сотворє́на сꙋ́ть чрез̾ менѐ є҆ди́наго, а҆ не чрез̾ и҆но́го, и҆ коне́цъ бꙋ́детъ мно́ю, а҆ не и҆ны́мъ.

Тогда я отвечал: какое разделение времен, и когда будет конец первого и начало последнего?

И҆ ѿвѣща́хъ и҆ реко́хъ: ко́е бꙋ́детъ раздѣле́нїе време́нъ; и҆лѝ когда̀ пе́рвомꙋ коне́цъ, а҆ дрꙋго́мꙋ нача́ло;

От Авраама даже до Исаака, когда родились от него Иаков и Исав, рука Иакова держала от начала пяту Исава.

И҆ речѐ ко мнѣ̀: ѿ а҆враа́ма да́же до і҆саа́ка, є҆гда̀ рожде́ни сꙋ́ть ѿ негѡ̀ і҆а́кѡвъ и҆ и҆са́ѵъ, рꙋка̀ і҆а́кѡвлѧ держа́ше ѿ нача́ла пѧ́тꙋ и҆са́ѵовꙋ:

Конец сего века - Исав, а начало следующего - Иаков.

коне́цъ бо вѣ́ка сегѡ̀ и҆са́ѵъ, а҆ дрꙋга́гѡ нача́ло і҆а́кѡвъ:

Рука человека - начало его, а конец - пята его. О другом, Ездра, не спрашивай Меня.

человѣ́ка рꙋка̀ междꙋ̀ пѧто́ю и҆ рꙋко́ю, и҆но́гѡ не и҆щѝ, є҆́здро.

Я же в ответ сказал Ему: о, Владыко Господи! если я обрел благодать пред очами Твоими,

И҆ ѿвѣща́хъ и҆ реко́хъ: ѽ, влⷣко гдⷭ҇и, а҆́ще ѡ҆брѣто́хъ благода́ть пред̾ ѻ҆чи́ма твои́ма,

молю Тебя, покажи рабу Твоему конец знамений Твоих, которых часть показал Ты мне в прошедшую ночь.

молю́ тѧ, да пока́жеши рабꙋ̀ твоемꙋ̀ коне́цъ зна́менїй твои́хъ, и҆́хже ча́сть показа́лъ є҆сѝ мнѣ̀ но́щи преше́дшїѧ.

Он отвечал мне и сказал: встань на ноги твои, и слушай голос, исполненный шума,

И҆ ѿвѣща̀ и҆ рече́ ми: воста́ни на но́ги твоѧ̑ и҆ ᲂу҆слы́ши гла́съ и҆спо́лненъ шꙋ́ма:

и будет как бы землетрясение, но место, на котором ты стоишь, не поколеблется.

и҆ бꙋ́детъ а҆́ки колеба́нїе, а҆ не поколе́блетсѧ мѣ́сто, на не́мже стои́ши:

Посему, когда будет говорить, ты не ужасайся; ибо о конце будет слово, и основания земли разумеются.

сегѡ̀ ра́ди, є҆гда̀ гл҃етъ, ты̀ не ᲂу҆жаса́йсѧ, и҆́бо ѡ҆ концы̀ сло́во и҆ ѡ҆снова́нїе землѝ разꙋмѣ́етсѧ:

А как речь идет о них самих, то земля вострепещет и поколеблется, ибо знает, что конец их должен измениться.

поне́же ѡ҆ си́хъ ве́щехъ сло́во, трѧсе́тсѧ и҆ коле́блетсѧ: вѣ́сть бо, ꙗ҆́кѡ коне́цъ и҆́хъ и҆́мать и҆змѣни́тисѧ.

И было, когда я услышал голос, встал на ноги мои, и слышал, и вот голос говорящий, и шум его, как шум вод многих,

И҆ бы́сть є҆гда̀ слы́шахъ, воста́хъ на но́зѣ моѝ и҆ слы́шахъ: и҆ сѐ, гла́съ глаго́лющь, и҆ шꙋ́мъ є҆гѡ̀ ꙗ҆́кѡ шꙋ́мъ во́дъ мно́гихъ.

и сказал: вот, наступают дни, когда Я начну приближаться, чтобы посетить живущих на земле,

И҆ речѐ: сѐ, дні́е грѧдꙋ́тъ, и҆ бꙋ́детъ, внегда̀ приближа́тисѧ начнꙋ̀, да посѣщꙋ̀ ѡ҆бита́ющихъ на землѝ,

когда начну Я взыскивать с тех, которые неправдою своею произвели неправедно великий вред, и когда исполнится мера уничижения Сиона.

и҆ є҆гда̀ и҆ска́ти начнꙋ̀ ѿ си́хъ, и҆̀же непра́веднѡ повреди́ша непра́вдою свое́ю, и҆ є҆гда̀ и҆спо́лнитсѧ смире́нїе сїѡ́не,

А когда назнаменается век, который начнет проходить, то вот знамения, которые Я покажу: книги раскроются пред лицем тверди, и все вместе увидят;

и҆ є҆гда̀ назна́менаетсѧ вѣ́къ, и҆́же начина́етъ преходи́ти, сїѧ̑ зна́мєнїѧ сотворю̀: кни̑ги разгнꙋ́тсѧ пред̾ лице́мъ тве́рди, и҆ всѝ ᲂу҆́зрѧтъ вкꙋ́пѣ,

и однолетние младенцы заговорят своими голосами, и беременные женщины будут рождать недозрелых младенцев через три и четыре месяца, и они останутся живыми и укрепятся;

и҆ є҆динолѣ́тнїи младе́нцы возглаго́лютъ гла̑сы свои́ми, и҆ чрева̑тыѧ недозрѣ́лыхъ родѧ́тъ младе́нцєвъ, трїе́хъ и҆ четы́рехъ мцⷭ҇ей, и҆ поживꙋ́тъ и҆ воздви́жꙋтсѧ:

засеянные поля внезапно явятся как незасеянные, и полные житницы окажутся пустыми;

и҆ а҆́бїе ꙗ҆вѧ́тсѧ мѣста̀ насѣ̑ѧннаѧ ненасѣ̑ѧна, и҆ пѡ́лнаѧ храни̑лища внеза́пꙋ ѡ҆брѧ́щꙋтсѧ пра̑здна:

затем вострубит труба с шумом, и когда услышат ее, все внезапно ужаснутся.

и҆ трꙋба̀ вострꙋ́битъ съ шꙋ́момъ, ю҆́же є҆гда̀ всѝ ᲂу҆слы́шатъ, а҆́бїе ᲂу҆жа́снꙋтсѧ:

И будет в то время, вооружатся друзья против друзей, как враги, и устрашится земля с живущими на ней, и жилы источников остановятся и три часа не будут течь.

и҆ бꙋ́детъ въ то̀ вре́мѧ, воѡрꙋжа́тсѧ прїѧ́телє на прїѧ́телей а҆́ки вразѝ, и҆ ᲂу҆жа́снетсѧ землѧ̀ съ ни́ми, и҆ жи̑лы и҆сто́чникѡвъ ста́нꙋтъ и҆ не стекꙋ́тъ въ часѣ́хъ трїе́хъ:

Всякий, кто после всего этого, о чем Я предсказал тебе, останется в живых, сам спасется, и увидит спасение Мое и конец вашего века.

и҆ бꙋ́детъ, всѧ́къ, и҆́же ѡ҆ста́вленъ бꙋ́детъ ѿ всѣ́хъ си́хъ, и҆́миже предреко́хъ тебѣ̀, то́й спасе́тсѧ и҆ ᲂу҆́зритъ спⷭ҇нїе моѐ и҆ коне́цъ вѣ́ка ва́шегѡ:

И увидят люди избранные, которые не испытали смерти от рождения своего, и изменится сердце живущих и обратится в чувство иное.

и҆ ᲂу҆́зрѧтъ, и҆̀же прїѧ́ти сꙋ́ть лю́дїе, и҆̀же сме́рти не вкꙋси́ша ѿ рожде́нїѧ своегѡ̀, и҆ премѣни́тсѧ се́рдце ѡ҆бита́ющихъ и҆ ѡ҆брати́тсѧ въ чꙋ́вство и҆но́е:

Ибо зло истребится, и исчезнет лукавство;

загла́дитбосѧ лꙋка́вое, и҆ погаси́тсѧ ле́сть,

процветет вера, побеждено будет растление, явится истина, которая столько времени оставалась без плода.

процвѣте́тъ же вѣ́ра, и҆ побѣди́тсѧ растлѣ́нїе, и҆ ꙗ҆ви́тсѧ и҆́стина, ꙗ҆́же без̾ плода̀ бѧ́ше дни̑ толи̑ки.

Когда Он говорил, я взглянул на того, пред которым стоял.

И҆ бы́сть, є҆гда̀ мѝ гл҃а, и҆ сѐ, ти́хѡ смотрѣ́хъ на́нь, пред̾ ни́мже стоѧ́хъ,

И он сказал мне: я пришел показать тебе время грядущей ночи.

и҆ речѐ ко мнѣ̀ сїѧ̑: прїидо́хъ къ тебѣ̀ показа́ти вре́мѧ бꙋ́дꙋщїѧ но́щи:

Итак, если ты опять помолишься и опять семь дней попостишься, то я покажу тебе больше в день, в который я услышал тебя.

а҆́ще ᲂу҆́бѡ па́ки помо́лишисѧ и҆ па́ки попости́шисѧ се́дмь дні́й, па́ки тебѣ̀ возвѣщꙋ̀ ѿ си́хъ бо́льшыѧ ве́щы, въ де́нь во́ньже слы́шахъ:

Голос твой услышан у Всевышнего; увидел Крепкий правильное действие, увидел и чистоту, которую хранил ты от юности твоей.

слы́шанъ бо є҆́сть гла́съ тво́й пред̾ вы́шнимъ: ви́дѣ бо крѣ́пкїй и҆справле́нїе твоѐ и҆ прови́дѣ чистотꙋ̀, ю҆́же ѿ ю҆́ности твоеѧ̀ и҆мѣ́лъ є҆сѝ,

Посему Он послал меня показать тебе все это и сказать: уповай и не бойся;

и҆ сегѡ̀ ра́ди посла́ мѧ показа́ти тебѣ̀ всѧ̑ ве́щы сїѧ̑ и҆ рещѝ тебѣ̀: дерза́й и҆ не бо́йсѧ,

не спеши с первыми временами помышлять суетное, дабы не судить тебе с такою же поспешностью о временах последних.

и҆ не тщи́сѧ съ пе́рвыми времены̀ мы́слити сꙋ́єтнаѧ, да не поспѣши́ши ѿ послѣ́днихъ време́нъ.

После сего я снова со слезами молился, и также постился семь дней, чтобы исполнить три седмицы, заповеданные мне.

И҆ бы́сть по си́хъ, и҆ пла́кахсѧ па́ки и҆ та́кожде постѧ́хсѧ се́дмь дні́й, да и҆спо́лню трѝ седми̑цы, ꙗ҆̀же речє́ны сꙋ́ть мнѣ̀.

В восьмую же ночь сердце мое пришло снова в возбуждение, и я начал говорить пред Всевышним,

И҆ бы́сть во ѻ҆смꙋ́ю но́щь, и҆ се́рдце моѐ смꙋща́шесѧ па́ки во мнѣ̀, и҆ нача́хъ глаго́лати пред̾ вы́шнимъ:

ибо дух мой воспламенялся сильно, и душа моя томилась.

распала́шесѧ бо дꙋ́хъ мо́й ѕѣлѡ̀, и҆ дꙋша̀ моѧ̀ ᲂу҆ныва́ше.

И сказал я: Господи! Ты от начала творения говорил; в первый день сказал: "да будет небо и земля", и слово Твое было совершившимся делом.

И҆ реко́хъ: ѽ, гдⷭ҇и! гл҃ѧ гл҃алъ є҆сѝ ѿ нача́ла сотворе́нїѧ въ пе́рвый де́нь (гл҃ющь): да бꙋ́детъ не́бо и҆ землѧ̀, и҆ твоѐ сло́во дѣ́ло соверше́нно:

Тогда носился Дух, и тьма облегала вокруг и молчание: звука человеческого голоса еще не было.

и҆ бы́сть тогда̀ дх҃ъ, и҆ тьма̀ ѡ҆́крестъ ноша́шесѧ и҆ молча́нїе: шꙋ́мъ гла́са человѣ́ча є҆щѐ не бѣ̀ (сотворе́нъ) ѿ тебє̀:

Тогда повелел Ты из сокровищниц Твоих выйти обильному свету, чтобы явилось дело Твое.

тогда̀ гл҃алъ є҆сѝ, да ѿ сокро́вищъ твои́хъ произнесе́тсѧ свѣ́тъ свѣ́тлый, и҆́мже бы ꙗ҆ви́лосѧ дѣ́ло твоѐ.

Во второй день сотворил Ты дух тверди и повелел ему отделить и произвести разделение между водами, чтобы некоторая часть их поднялась вверх, а прочая осталась внизу.

И҆ въ де́нь вторы́й созда́лъ є҆сѝ дꙋ́хъ тве́рди и҆ повелѣ́лъ є҆сѝ є҆́й, да раздѣли́тъ и҆ раздѣле́нїе сотвори́тъ междꙋ̀ вода́ми, да ча́сть нѣ́каѧ вы́ше ᲂу҆стꙋ́питъ и҆ ча́сть втора́ѧ ни́зꙋ пребыва́етъ.

В третий день Ты повелел водам собраться на седьмой части земли, а шесть частей осушил, чтобы они служили пред Тобою к обсеменению и обработанию.

И҆ въ тре́тїй де́нь повелѣ́лъ є҆сѝ вода́мъ собра́тисѧ въ седмꙋ́ю ча́сть землѝ, ше́сть же часте́й ѡ҆сꙋши́лъ и҆ сохрани́лъ є҆сѝ, є҆́же бы пред̾ тобо́ю слꙋжи́ли насѣ̑ѧны ѿ бг҃а и҆ ᲂу҆стро́єны:

Слово Твое исходило, и тотчас являлось дело;

сло́во бо твоѐ и҆зы́де, и҆ дѣ́ло а҆́бїе творѧ́шесѧ:

вдруг явилось безмерное множество плодов и многоразличные приятности для вкуса, цветы в виде своем неизменные, с запахом, несказанно благоуханным: все это совершено было в третий день.

и҆зы́де бо а҆́бїе пло́дъ мно́жества безмѣ́рнагѡ, и҆ жела̑нїѧ вкꙋше́нїѧ разли̑чнаѧ, и҆ цвѣ́ти ви́домъ непремѣ́ннымъ, и҆ благово́нїе ѡ҆бонѧ́нїѧ неизслѣ́дованнагѡ, и҆ въ де́нь тре́тїй сїѧ̑ сотворє́на сꙋ́ть.

В четвертый день Ты повелел быть сиянию солнца, свету луны, расположению звезд

Въ четве́ртый же де́нь повелѣ́лъ є҆сѝ со́лнечнѣй бы́ти свѣ́тлости, лꙋ́нномꙋ свѣ́тꙋ и҆ ѕвѣ́здъ расположе́нїю:

и повелел, чтобы они служили имеющему быть созданным человеку.

и҆ повелѣ́лъ є҆сѝ и҆̀мъ, да слꙋ́жатъ и҆мꙋ́щемꙋ бы́ти созда́нномꙋ человѣ́кꙋ.

В пятый день Ты сказал седьмой части, в которой была собрана вода, чтобы она произвела животных, летающих и рыб, что и сделалось.

Въ пѧ́тый же де́нь ре́клъ є҆сѝ седмѣ́й ча́сти, и҆дѣ́же бѧ́ше вода̀ собрана̀, да произведе́тъ живѡ́тнаѧ и҆ лета̑ющаѧ и҆ ры̑бы, и҆ та́кѡ творѧ́шесѧ:

Вода немая и бездушная, по мановению Божию, произвела животных, чтобы все роды возвещали дивные дела Твои.

вода̀ нѣма̀ и҆ бездꙋ́шна, ꙗ҆̀же бж҃їимъ манове́нїемъ повелѣва́хꙋсѧ, живѡ́тнаѧ творѧ́ше, да ѿ сегѡ̀ ди̑внаѧ твоѧ̑ ро́дове возвѣща́ютъ:

Тогда Ты сохранил двух животных: одно называлось бегемотом, а другое левиафаном.

и҆ тогда̀ сохрани́лъ є҆сѝ двѣ̀ дꙋши̑: и҆́мѧ є҆ди́нѣй назва́лъ є҆сѝ є҆нѡ́хъ, и҆ и҆́мѧ вторѣ́й назва́лъ є҆сѝ леѵїаѳа́мъ,

И Ты отделил их друг от друга, потому что седьмая часть, где была собрана вода, не могла принять их вместе.

и҆ разлꙋчи́лъ є҆сѝ ѧ҆̀ є҆ди́но ѿ дрꙋга́гѡ: не бо̀ можа́ше седма́ѧ ча́сть, и҆дѣ́же бѧ́ше вода̀ собрана̀, вмѣсти́ти и҆̀хъ:

Бегемоту Ты дал одну часть из земли, осушенной в третий день, да обитает в ней, в которой тысячи гор.

и҆ да́лъ є҆сѝ є҆нѡ́хꙋ є҆ди́нꙋ ча́сть, ꙗ҆́же ѡ҆сꙋшена̀ є҆́сть въ тре́тїй де́нь, да ѡ҆бита́етъ на не́й, и҆дѣ́же сꙋ́ть го́ръ ты́сѧща:

Левиафану дал седьмую часть водяную, и сохранил его, чтобы он был пищею тем, кому Ты хочешь, и когда хочешь.

леѵїаѳа́мꙋ же да́лъ є҆сѝ седмꙋ́ю ча́сть мо́крꙋю и҆ сохрани́лъ є҆сѝ ю҆̀, да бꙋ́детъ въ снѣ́дь, и҆̀мже хо́щеши и҆ когда̀ хо́щеши.

В шестый же день повелел Ты земле произвести пред Тобою скотов, зверей и пресмыкающихся;

Въ шесты́й же де́нь повелѣ́лъ є҆сѝ землѝ, да сотвори́тъ пред̾ тобо́ю скоты̀ и҆ ѕвѣ̑ри и҆ га́ды,

а после них Ты сотворил Адама, которого поставил властелином над всеми Твоими тварями и от которого происходим все мы и народ, который Ты избрал.

и҆ свы́ше си́хъ (сотвори́лъ є҆сѝ) а҆да́ма, є҆го́же поста́вилъ є҆сѝ вожда̀ и҆ кнѧ́зѧ над̾ всѣ́ми сотворе́нными, ꙗ҆̀же сотвори́лъ є҆сѝ, и҆ ѿ негѡ̀ роди́мсѧ мы̀ всѝ, и҆̀хже и҆збра́лъ є҆сѝ лю́ди.

Все это сказал я пред Тобою, Господи, потому что для нас создал Ты век сей.

Сїѧ̑ же всѧ̑ реко́хъ пред̾ тобо́ю, гдⷭ҇и, ꙗ҆́кѡ ра́ди на́съ созда́лъ є҆сѝ вѣ́къ:

О прочих же народах, происшедших от Адама, Ты сказал, что они ничто, но подобны слюне, и все множество их Ты уподобил каплям, каплющим из сосуда.

про́чыѧ же ꙗ҆зы́ки ѿ а҆да́ма рождє́ны, ре́клъ є҆сѝ ѡ҆́ныѧ ничто́же бы́ти: ꙗ҆́кѡ сли́нѣ ᲂу҆подо́блени сꙋ́ть, и҆ ꙗ҆́кѡ ка́пленїе ѿ сосꙋ́да ᲂу҆подо́билъ є҆сѝ мно́жество и҆́хъ:

И ныне, Господи, вот, эти народы, за ничто Тобою признанные, начали владычествовать над нами и пожирать нас.

и҆ нн҃ѣ, гдⷭ҇и, сѐ, ті́и ꙗ҆зы́цы, и҆̀же ни во что́же вмѣне́ни сꙋ́ть, нача́ша владѣ́ти на́ми и҆ пожира́ти на́съ:

Мы же, народ Твой, который Ты назвал Твоим первенцем, единородным, возлюбленным Твоим, преданы в руки их.

мы́ же лю́дїе твоѝ, и҆̀хже наре́клъ є҆сѝ пе́рвенцемъ є҆диноро́днымъ возлю́бленнымъ твои́мъ, пре́дани є҆смы̀ въ рꙋ́ки и҆́хъ:

Если для нас создан век сей, то почему не получаем мы наследия с веком? И доколе это?

и҆ а҆́ще ра́ди на́съ сотворе́нъ бы́сть вѣ́къ, вскꙋ́ю достоѧ́нїѧ не ѡ҆держи́мъ съ вѣ́комъ; доко́лѣ сїѧ̑ (бꙋ́дꙋтъ);