Третья книга Ездры

О знамениях: вот, настанут дни, в которые многие из живущих на земле, обладающие ве́дением, будут восхи́щены, и путь истины сокроется, и вселенная оскудеет верою,

Ѡ҆ зна́менїихъ же: сѐ, дні́е прїи́дꙋтъ, въ ни́хже живꙋ́щїи на землѝ ѡ҆бремене́ни бꙋ́дꙋтъ да́ньми мно́гими, и҆ скры́етсѧ пꙋ́ть пра́вды, и҆ бꙋ́детъ вселе́ннаѧ непло́дна ѿ вѣ́ры,

и умножится неправда, которую теперь ты видишь и о которой издавна слышал.

и҆ ᲂу҆мно́житсѧ непра́вда па́че сеѧ̀, ю҆́же ты̀ ви́диши, и҆ па́че тоѧ̀, ѡ҆ не́йже є҆сѝ слы́шалъ и҆здре́вле:

И будет, что страна, которую ты теперь видишь господствующею, подвергнется опустошению.

и҆ бꙋ́детъ землѧ̀, въ ню́же вше́дъ нн҃ѣ ви́диши ца́рствꙋющꙋю, и҆ ᲂу҆́зрѧтъ ю҆̀ ѡ҆пꙋстѣ́нꙋ:

А если Всевышний даст тебе дожить, то увидишь, что после третьей трубы внезапно воссияет среди ночи солнце и луна трижды в день;

а҆́ще же тебѣ̀ да́стъ вы́шнїй жи́вꙋ бы́ти, ᲂу҆́зриши по тре́тїей трꙋбѣ̀, и҆ возсїѧ́етъ внеза́пꙋ со́лнце въ нощѝ, и҆ лꙋна̀ три́жды въ де́нь,

и с дерева будет капать кровь, камень даст голос свой, и народы поколеблются.

и҆ воска́плетъ кро́вь ѿ дре́ва, и҆ ка́мень да́стъ гла́съ сво́й, и҆ поколе́блютсѧ лю́дїе:

Тогда будет царствовать тот, которого живущие на земле не ожидают, и птицы перелетят на другие места.

и҆ то́й бꙋ́детъ ца́рствовати, є҆гѡ́же не надѣ́ютсѧ живꙋ́щїи на землѝ, и҆ пти̑цы пре́йдꙋтъ ѿ мѣ́ста своегѡ̀,

Море Содомское извергнет рыб, будет издавать ночью голос, неведомый для многих; однако же все услышат голос его.

и҆ мо́ре содо́мское ры̑бы и҆зри́нетъ и҆ да́стъ гла́съ но́щїю, є҆гѡ́же мно́зи не зна́ша, и҆ всѝ ᲂу҆слы́шатъ гла́съ є҆гѡ̀:

Будет смятение во многих местах, часто будет посылаем с неба огонь; дикие звери переменят места свои, и нечистые женщины будут рождать чудовищ.

и҆ смѧте́нїе бꙋ́детъ на мѣ́стѣхъ мно́зѣхъ, и҆ ѻ҆́гнь ча́стѡ низпꙋ́ститсѧ, и҆ ѕвѣ́рїе по́льстїи преселѧ́тсѧ, и҆ жєны̀ бѡлѣ́знивыѧ породѧ́тъ щꙋ̑да,

Сладкие воды сделаются солеными, и все друзья ополчатся друг против друга; тогда сокроется ум, и разум удалится в свое хранилище.

и҆ въ сла́дкихъ вода́хъ сла̑ны ѡ҆брѧ́щꙋтсѧ, и҆ дрꙋ́зи всѝ са́ми на сѧ̀ ѡ҆полча́тсѧ: и҆ скры́етсѧ тогда̀ ᲂу҆́мъ, и҆ ра́зꙋмъ ѿлꙋчи́тсѧ въ храни́лище своѐ,

Многие будут искать его, но не найдут, и умножится на земле неправда и невоздержание.

и҆ взы́щетсѧ ѿ мно́гихъ и҆ не ѡ҆брѧ́щетсѧ: непра́вда же и҆ невоздержа́нїе ᲂу҆мно́житсѧ на землѝ,

Одна область будет спрашивать другую соседнюю: "не проходила ли по тебе правда, делающая праведным?" И та скажет: "нет".

и҆ вопро́ситъ страна̀ бли́жнюю свою̀ и҆ рече́тъ: не пре́йде ли по тебѣ̀ пра́вда пра́веднаго творѧ́щаѧ; и҆ сегѡ̀ ѿрече́тсѧ:

Люди в то время будут надеяться, и не достигнут желаемого, будут трудиться, и не управятся пути их.

и҆ бꙋ́детъ въ то̀ вре́мѧ, и҆ ᲂу҆пова́ти бꙋ́дꙋтъ человѣ́цы и҆ не воспрїи́мꙋтъ: трꙋди́тисѧ бꙋ́дꙋтъ, и҆ не ᲂу҆пра́вѧтсѧ пꙋтїѐ и҆́хъ.

Об этих знамениях мне дозволено сказать тебе, и если снова помолишься и поплачешь, как теперь, и попостишься семь дней, то услышишь еще больше того.

Сїѧ̑ зна́мєнїѧ попꙋще́но є҆́сть мнѣ̀ глаго́лати къ тебѣ̀: и҆ а҆́ще помо́лишисѧ па́ки, и҆ воспла́чешисѧ, ꙗ҆́коже и҆ нн҃ѣ, и҆ попости́шисѧ се́дмь дні́й, є҆щѐ бѡ́льшаѧ си́хъ ᲂу҆слы́шиши.

И я пришел в себя, и тело мое сильно дрожало, и душа моя изнемогла, как будто исчезала.

И҆ возбнꙋ́хъ, и҆ тѣ́ло моѐ ᲂу҆страши́сѧ ѕѣлѡ̀, и҆ дꙋша̀ моѧ̀ ᲂу҆трꙋди́сѧ, а҆́ки бы и҆счеза́ла.

Но пришедший ко мне Ангел поддержал меня и укрепил меня, и поставил на ноги.

И҆ ᲂу҆держа́ мѧ, и҆́же приі́де а҆́гг҃лъ, и҆́же глаго́лаше ко мнѣ̀, и҆ ᲂу҆крѣпи́ мѧ и҆ поста́ви мѧ̀ на нога́хъ.

И было, во вторую ночь пришел ко мне Салафиил, вождь народа, и спросил меня: где ты был, и отчего лице твое так печально?

И҆ бы́сть въ но́щь вторꙋ́ю, и҆ прїи́де ко мнѣ̀ салаѳі́илъ во́ждь лю́демъ и҆ речѐ мнѣ̀: гдѣ̀ бы́лъ є҆сѝ, и҆ вскꙋ́ю лицѐ твоѐ ско́рбно;

Разве не знаешь, что тебе вверен Израиль в стране преселения его?

и҆лѝ не вѣ́си, ꙗ҆́кѡ тебѣ̀ ввѣ́ренъ є҆́сть і҆и҃ль во странѣ̀ преселе́нїѧ и҆́хъ;

Итак встань и вкуси хлеба, и не оставляй нас, как пастырь своего стада, в руках лукавых волков.

воста́ни ᲂу҆́бѡ и҆ вкꙋсѝ хлѣ́ба, и҆ не ѡ҆ста́ви на́съ, ꙗ҆́коже па́стырь ста́до своѐ въ рꙋка́хъ волкѡ́въ лꙋка́выхъ.

Тогда сказал я ему: отойди от меня, и не приближайся ко мне. И он, услышав это, удалился от меня.

И҆ реко́хъ є҆мꙋ̀: и҆дѝ ѿ менє̀ и҆ не приближа́йсѧ ко мнѣ̀. И҆ ᲂу҆слы́ша, ꙗ҆́коже реко́хъ, и҆ ѿи́де ѿ менє̀.

А я семь дней постился, стеная и плача, как повелел мне Ангел Уриил.

И҆ а҆́зъ пости́хсѧ дні́й се́дмь стенѧ̀ и҆ пла́чѧ, ꙗ҆́коже мнѣ̀ заповѣ́да ᲂу҆рїи́лъ а҆́гг҃лъ.

И после семи дней помышления сердца моего опять были для меня крайне тягостны;

И҆ бы́сть по дне́хъ седми́хъ, и҆ па́ки помышлє́нїѧ се́рдца моегѡ̀ трꙋ̑дна бѧ́хꙋ мнѣ̀ ѕѣлѡ̀:

но душа моя прияла дух разумения, и я снова начал говорить пред Всевышним

и҆ воспрїѧ̀ дꙋша̀ моѧ̀ дꙋ́хъ ра́зꙋма, и҆ па́ки нача́хъ глаго́лати пред̾ вы́шнимъ словеса̀

и сказал: о, Владыко Господи! Ты из всех лесов на земле и из всех дерев на ней избрал только одну виноградную лозу;

и҆ рѣ́хъ: ѽ, влⷣко гдⷭ҇и! ѿ всѣ́хъ дꙋбра́въ землѝ и҆ ѿ всѣ́хъ древе́съ є҆ѧ̀ и҆збра́лъ є҆сѝ вїногра́дъ є҆ди́нъ,

Ты из всего круга земного избрал Себе одну пещеру, и из всех цветов во вселенной Ты избрал Себе одну лилию;

и҆ ѿ всегѡ̀ крꙋ́га земна́гѡ и҆збра́лъ є҆сѝ себѣ̀ ю҆до́ль є҆ди́нꙋ, и҆ ѿ всѣ́хъ цвѣтѡ́въ вселе́нныѧ и҆збра́лъ є҆сѝ себѣ̀ крі́нъ є҆ди́нъ,

Ты из всех пучин морских наполнил для Себя один источник, а из всех построенных городов освятил для Себя один Сион.

и҆ ѿ всѣ́хъ бе́зднъ морски́хъ и҆спо́лнилъ є҆сѝ себѣ̀ и҆сто́чникъ є҆ди́нъ, и҆ ѿ всѣ́хъ созда́нныхъ градѡ́въ ѡ҆ст҃и́лъ є҆сѝ себѣ̀ сїѡ́нъ,

Из всех сотворенных птиц Ты наименовал Себе одну голубицу, и из всех сотворенных скотов Ты избрал Себе одну овцу;

и҆ ѿ всѣ́хъ сотворе́нїй лета́ющихъ и҆менова́лъ є҆сѝ себѣ̀ голꙋби́цꙋ є҆ди́нꙋ, и҆ ѿ всѣ́хъ сотворе́нныхъ скотѡ́въ промы́слилъ є҆сѝ себѣ̀ ѻ҆́вцꙋ є҆ди́нꙋ,

из всех многочисленных народов Ты приобрел Себе один народ, и возлюбил его, дал ему закон совершенный.

и҆ ѿ всѣ́хъ ᲂу҆мно́женныхъ люді́й взыска́лъ є҆сѝ себѣ̀ наро́дъ є҆ди́нъ, и҆ ѿ всѣ́хъ и҆скꙋше́нъ зако́нъ да́лъ є҆сѝ си̑мъ, и҆̀хже возлюби́лъ є҆сѝ, лю́демъ:

Но ныне, Господи, отчего же Ты предал одного многим, и на одном корне Ты насадил другие отрасли и рассеял Твой единственный народ между многими народами?

и҆ нн҃ѣ, гдⷭ҇и, вскꙋ́ю пре́далъ є҆сѝ є҆ди́наго мнѡ́гимъ и҆ ᲂу҆гото́валъ є҆сѝ на є҆ди́нъ ко́рень мнѡ́ги и҆ны̑ѧ и҆ расточи́лъ є҆сѝ є҆ди́нъ тво́й во мнѡ́ги;

И попрали его противники обетованиям Твоим и заветам Твоим не веровавшие.

и҆ потопта́ша є҆го̀, и҆̀же проти́вꙋ глаго́лаша ѡ҆бѣтова́нїємъ твои̑мъ и҆ и҆̀же твои̑мъ завѣ́тѡмъ не вѣ́ровахꙋ:

И если уже Ты сильно возненавидел народ Твой, то пусть бы он Твоими руками наказывался.

и҆ а҆́ще ненави́дѧщь возненави́дѣлъ є҆сѝ лю́ди твоѧ̑, твои́ми рꙋка́ми до́лженствꙋютъ наказа́тисѧ.

Когда я произносил слова сии, послан был ко мне Ангел, который приходил ко мне прежде ночью,

И҆ бы́сть є҆гда̀ глаго́лахъ словеса̀, и҆ по́сланъ є҆́сть а҆́гг҃лъ ко мнѣ̀, и҆́же пре́жде прїи́де ко мнѣ̀ въ преше́дшꙋю но́щь,

и сказал мне: послушай меня, и я научу тебя; внимай мне, и я скажу тебе еще более.

и҆ рече́ ми: послꙋ́шай мѧ̀, и҆ наꙋчꙋ́ тѧ: и҆ вонми́ ми, и҆ предложꙋ̀ пред̾ тобо́ю.

Говори, сказал я, господин мой. И он сказал мне: ты слишком далеко зашел пытливостью ума твоего об Израиле; неужели ты больше любишь его, нежели Тот, Который сотворил его?

И҆ реко́хъ: глаго́ли, го́споди мо́й. И҆ речѐ ко мнѣ̀: ѕѣлѡ̀ ты̀ во ᲂу҆́жасѣ ᲂу҆ма̀ сотвори́лсѧ є҆сѝ ра́ди і҆и҃лѧ: и҆лѝ па́че возлюби́лъ є҆сѝ є҆го̀, не́же сотвори́вый є҆го̀;

Нет, господин мой, отвечал я, но говорил от великой скорби. Внутренность моя мучает меня всякий час, когда я стараюсь постигнуть путь Всевышнего и исследовать хотя часть суда Его.

И҆ рѣ́хъ къ немꙋ̀: нѝ, го́споди, но болѧ́щь глаго́лалъ є҆́смь: мꙋ́чатъ бо мѧ̀ лѧ̑двїѧ моѧ̑ по всѧ̑ часы̀ и҆́щꙋщаго пости́гнꙋти стезю̀ вы́шнѧгѡ, и҆зслѣ́довати ча́сть сꙋда̀ є҆гѡ̀.

Он отвечал: не можешь. Почему же, господин мой? спросил я. Лучше бы я не родился, и утроба матерняя сделалась для меня гробом, нежели видеть угнетение Иакова и изнурение рода Израильского.

И҆ речѐ ко мнѣ̀: не мо́жеши. И҆ реко́хъ: чесѡ̀ ра́ди, го́споди; почто̀ роди́хсѧ; и҆лѝ вскꙋ́ю не сотвори́сѧ ᲂу҆тро́ба ма́тере моеѧ̀ мнѣ̀ гро́бъ, да не ви́дѣлъ бы́хъ трꙋда̀ і҆а́кѡвлѧ и҆ и҆знеможе́нїѧ ро́да і҆и҃лева;

И он сказал мне: исчисли мне, что еще не пришло, и собери мне рассеянные капли, и оживи иссохшие цветы;

И҆ речѐ ко мнѣ̀: сочтѝ мѝ сїѧ̑, ꙗ҆̀же є҆щѐ не прїидо́ша, и҆ собери́ ми разсѣ̑ѧнныѧ ка̑пли, и҆ ѡ҆зелени́ ми сꙋхі̑ѧ цвѣты̀,

открой заключенные хранилища и выведи мне заключенные в них ветры, и покажи мне образ голоса: и тогда я покажу тебе то, что ты усиливаешься видеть.

и҆ ѿве́рзи мѝ запє́ртаѧ храни́лища, и҆ и҆зведи́ ми заключє́нныѧ въ ни́хъ вѣ́тры: покажи́ ми гла́са ѡ҆́бразъ, и҆ тогда̀ покажꙋ́ ти трꙋ́дъ, є҆гѡ́же жада́еши ви́дѣти.

Владыко Господи! отвечал я, кто может знать это, разве только тот, кто не живет с человеками?

И҆ рѣ́хъ: ѽ, влⷣко гдⷭ҇и! кто́ бо є҆́сть, и҆́же мо́жетъ сїѧ̑ вѣ́дѣти, ра́звѣ то́й, и҆́же съ челѡвѣ́ки ѡ҆бита́нїѧ не и҆́мать;

А я безумен, и как могу говорить о том, о чем Ты спросил меня?

а҆́зъ же безꙋ́менъ, и҆ ка́кѡ могꙋ̀ глаго́лати ѡ҆ си́хъ, ѡ҆ ни́хже менѐ вопроси́лъ є҆сѝ;

Тогда Он сказал мне: как ты не можешь сделать ничего из сказанного, так не можешь познать судеб Моих, ни предела любви, которую обещал Я народу.

И҆ речѐ ко мнѣ̀: ꙗ҆́коже не мо́жеши сотвори́ти є҆ди́но ѿ си́хъ, ꙗ҆̀же глагѡ́лана сꙋ́ть, та́кѡ не мо́жеши ѡ҆брѣстѝ сꙋда̀ моегѡ̀, и҆лѝ въ коне́цъ любвѐ, ю҆́же лю́демъ ѡ҆бѣща́хъ.

Но вот, Господи, Ты близок к тем, которые к концу близятся, и что будут делать те, которые прежде меня были, или мы, или которые после нас будут?

И҆ рѣ́хъ: но сѐ, гдⷭ҇и, ты̀ бли́з̾ є҆сѝ си́хъ, и҆̀же при концы̀ сꙋ́ть, и҆ что̀ сотворѧ́тъ, и҆̀же пре́жде менє̀ бы́ша, и҆лѝ мы̀, и҆лѝ и҆̀же послѣдѝ на́съ;

Он сказал мне: венцу уподоблю я суд Мой; как нет запоздания последних, так и ускорения первых.

И҆ гл҃а ко мнѣ̀: вѣнцꙋ̀ ᲂу҆подо́блю сꙋ́дъ мо́й: ꙗ҆́коже не послѣ́днихъ ᲂу҆медле́нїе, та́кѡ нижѐ пе́рвыхъ ᲂу҆скоре́нїе.

Отвечал я и сказал: не мог ли бы Ты соединить воедино как тех, которые сотворены были прежде, так и тех, которые существуют и которые будут, дабы скорее объявить им суд Твой?

И҆ ѿвѣща́хъ и҆ реко́хъ: не мо́глъ ли є҆сѝ сотвори́ти си́хъ, и҆̀же сотворе́ни бы́ша, и҆ и҆̀же сꙋ́ть, и҆ и҆̀же бꙋ́дꙋтъ вкꙋ́пѣ, дабы̀ скорѣ́е сꙋ́дъ тво́й показа́лъ є҆сѝ;

Он отвечал мне: не может ускорить творение Творца своего, ни век сей не может вместить в себе всех вместе, которые должны быть сотворены.

И҆ ѿвѣща̀ ко мнѣ̀ и҆ речѐ: не мо́жетъ ᲂу҆скори́ти творе́нїе над̾ творца̀, нижѐ снестѝ вѣ́къ си́хъ, и҆̀же въ не́мъ твори́ми сꙋ́ть вкꙋ́пѣ.

И сказал я: как же Ты сказал рабу Твоему, что Ты дал жизнь созданному творению вкупе, и однако творение выдержало это; посему могли бы понести и ныне существующие вкупе.

И҆ рѣ́хъ: ка́кѡ ре́клъ є҆сѝ рабꙋ̀ твоемꙋ̀, поне́же ѡ҆живлѧ́ѧ ѡ҆живи́лъ є҆сѝ ѿ тебє̀ сотворе́ное творе́нїе во є҆ди́но, и҆ сноси́ло творе́нїе: мо́жетъ и҆ нн҃ѣ носи́ти настоѧ́щихъ во є҆ди́но.

Он сказал мне: спроси женщину, и скажи ей: "если ты рождаешь десять, то почему рождаешь по временам?", и проси ее, чтобы она родила десять вдруг.

И҆ речѐ ко мнѣ̀: вопросѝ ложе́снъ же́нскихъ и҆ рече́ши къ не́й: и҆ а҆́ще роди́ши, вскꙋ́ю по вре́мени; молѝ ᲂу҆̀бо ю҆̀, да роди́тъ де́сѧть во є҆ди́но.

Я же сказал Ему: невозможно это, но должно быть по времени.

И҆ реко́хъ: не мо́жетъ, но по вре́мени.

Тогда Он сказал мне: и Я дал недрам земли способность посеянное на ней возращать по временам.

И҆ речѐ ко мнѣ̀: и҆ а҆́зъ да́хъ ложесна̀ землѝ си̑мъ, и҆̀же посѣ́ѧни сꙋ́ть на не́й по вре́мени:

Как младенец не может производить того, что свойственно старцам, так Я устроил созданный Мною век.

и҆́мже бо ѡ҆́бразомъ младе́нецъ не роди́тъ тѣ́хъ, ꙗ҆̀же ста́рыхъ сꙋ́ть, та́кѡ а҆́зъ ᲂу҆стро́ихъ ѿ менє̀ сотворе́ный вѣ́къ.

Тогда я вопросил Его и сказал: когда Ты открыл мне путь, то позволь мне сказать Тебе: мать наша, о которой Ты говорил Мне, молода ли еще, или приближается к старости?

И҆ вопроси́хъ и҆ реко́хъ: поне́же ᲂу҆жѐ дае́ши мѝ пꙋ́ть, возглаго́лю пред̾ тобо́ю: и҆́бо ма́ти на́ша, ѡ҆ не́йже гл҃алъ є҆сѝ мнѣ̀, є҆щѐ млада̀ є҆́сть, а҆ ᲂу҆жѐ къ ста́рости приближа́етсѧ.

Спроси об этом рождающую, и она скажет тебе.

И҆ ѿвѣща̀ ко мнѣ̀ и҆ речѐ: вопросѝ тоѧ̀, ꙗ҆́же роди́тъ, и҆ рече́тъ тебѣ̀.

Скажи ей: "почему рождаемые тобою ныне не подобны тем, которые рождены были прежде, но меньше их ростом?"

Рече́ши бо є҆́й: вскꙋ́ю, ко́ихъ родила̀ є҆сѝ, нн҃ѣ не сꙋ́ть подо́бни тѣ̑мъ, и҆̀же пре́жде тебє̀, но ме́ньши во́зрастомъ;

И она скажет тебе: "одни рождены мною в крепости молодой силы, а другие рождены под старость, когда ложесна начали терять свою силу".

И҆ рече́тъ тебѣ̀ и҆ та̀: и҆ні́и сꙋ́ть, и҆̀же въ ю҆́ности си́лы рожде́ни сꙋ́ть, и҆ и҆ні́и и҆̀же под̾ вре́мѧ ста́рости ѡ҆скꙋдѣва́ющымъ ложесна́мъ роди́шасѧ.

Рассуди же ты: вы теперь меньше станом, нежели те, которые были прежде вас;

Разꙋмѣ́й ᲂу҆́бѡ и҆ ты̀, ꙗ҆́кѡ ме́ньши во́зрастомъ є҆стѐ ѿ тѣ́хъ, и҆̀же пре́жде ва́съ,

и те, которые после вас родятся, будут еще меньше вас, так как творения, уже состаривающиеся, и крепость юноши уже миновала.

и҆ и҆̀же послѣдѝ ва́съ, ме́ньши не́же вы̀, а҆́ки ᲂу҆жѐ старѣ̑ющаѧсѧ творє́нїѧ, и҆ крѣ́пость ю҆́ности преминꙋ́ющаѧ.

И сказал я: если я приобрел благоволение пред очами Твоими, покажи рабу Твоему, через кого Ты посещаешь творение Твое?

И҆ реко́хъ: молю̀, гдⷭ҇и, а҆́ще ѡ҆брѣто́хъ благода́ть пред̾ ѻ҆чи́ма твои́ма, покажѝ рабꙋ̀ твоемꙋ̀, и҆́мже посѣти́ши творе́нїе твоѐ.