Вторая книга Паралипоменон (Вторая книга Хроник, Вторая Летопись)

И окончилась вся работа, которую производил Соломон для дома Господня. И принес Соломон посвященное Давидом, отцом его, и серебро и золото и все вещи отдал в сокровищницы дома Божия.

И҆ внесѐ соломѡ́нъ ст҃а̑ѧ даві́да ѻ҆тца̀ своегѡ̀, сребро̀ и҆ зла́то и҆ всѧ̑ сосꙋ́ды, и҆ дадѐ въ сокро́вище до́мꙋ гдⷭ҇нѧ.

Тогда собрал Соломон старейшин Израилевых и всех глав колен, начальников поколений сынов Израилевых, в Иерусалим, для перенесения ковчега завета Господня из города Давидова, то есть с Сиона.

Тогда̀ собра̀ соломѡ́нъ всѧ̑ старѣ̑йшины і҆и҃лєвы и҆ всѧ̑ нача́льники колѣ́нъ, вожды̀ ѻ҆те́чествъ сынѡ́въ і҆и҃левыхъ во і҆ерⷭ҇ли́мъ, да вознесꙋ́тъ кївѡ́тъ завѣ́та гдⷭ҇нѧ ѿ гра́да даві́дова, и҆́же є҆́сть сїѡ́нъ.

И собрались к царю все Израильтяне на праздник, в седьмой месяц.

И҆ собра́шасѧ ко царю̀ всѝ мꙋ́жїе і҆и҃лєвы въ пра́здникъ, се́й є҆́сть мцⷭ҇ъ седмы́й.

И пришли все старейшины Израилевы. Левиты взяли ковчег

И҆ прїидо́ша всѝ старѣ̑йшины і҆и҃лєвы, и҆ взѧ́ша всѝ леѵі́ти кївѡ́тъ

и понесли ковчег и скинию собрания и все вещи священные, которые в скинии,- понесли их священники и левиты.

и҆ внесо́ша є҆го̀ и҆ ски́нїю свидѣ́нїѧ и҆ всѧ̑ сосꙋ́ды ст҃ы̑ѧ, и҆̀же въ ски́нїи, и҆ внесо́ша є҆го̀ свѧще́нницы и҆ леѵі́ти.

Царь же Соломон и все общество Израилево, собравшееся к нему пред ковчегом, приносили жертвы из овец и волов, которых невозможно исчислить и определить, по причине множества.

Ца́рь же соломѡ́нъ и҆ ве́сь со́нмъ сынѡ́въ і҆и҃левыхъ, и҆ боѧ́щїисѧ и҆ собра́нїи пред̾ кївѡ́томъ, жрѧ́хꙋ тельцы̀ и҆ ѻ҆́вцы безчи́слєнны и҆ несочислѧ́ємы ѿ мно́жества.

И принесли священники ковчег завета Господня на место его, в давир храма - во Святое Святых, под крылья херувимов.

И҆ внесо́ша свѧще́нницы кївѡ́тъ завѣ́та гдⷭ҇нѧ на мѣ́сто є҆гѡ̀, є҆́же є҆́сть моли́твенникъ {Въ гре́ч.: даві́ръ.} хра́ма, во ст҃а̑ѧ ст҃ы́хъ, под̾ крилѣ̑ херꙋві́мѡвъ.

И херувимы распростирали крылья над местом ковчега, и покрывали херувимы ковчег и шесты его сверху.

И҆ бѧ́хꙋ херꙋві́ми распросте́рше кри́ла своѧ̑ над̾ мѣ́стомъ кївѡ́та, и҆ покрыва́хꙋ херꙋві́ми над̾ кївѡ́томъ и҆ над̾ носи́лами є҆гѡ̀ свы́ше.

И выдвинулись шесты, так что головки шестов ковчега видны были пред давиром, но не выказывались наружу, и они там до сего дня.

И҆ дли́ннѣе бѧ́хꙋ нѡси́ла, и҆ ви́дѧхꙋсѧ главы̑ нѡси́лъ ѿ ст҃ы́хъ въ лицѐ моли́твенника, и҆ не ви́дѧхꙋсѧ внѣ̀, и҆ бы́ша та́мѡ да́же до настоѧ́щагѡ днѐ.

Не было в ковчеге ничего кроме двух скрижалей, которые положил Моисей на Хориве, когда Господь заключил завет с сынами Израилевыми, по исходе их из Египта.

Ничто́же бѣ̀ въ кївѡ́тѣ, то́кмѡ двѣ̀ скрижа̑ли, и҆̀хже положѝ мѡѷсе́й въ хѡри́вѣ, є҆гда̀ зако́нъ дадѐ гдⷭ҇ь сынѡ́мъ і҆и҃лєвымъ, и҆сходѧ́щымъ и҆̀мъ и҆з̾ землѝ є҆гѵ́петскїѧ.

Когда священники вышли из святилища, ибо все священники, находившиеся там, освятились без различия отделов;

И҆ бы́сть и҆сходѧ́щымъ свѧще́нникѡмъ ѿ ст҃ы́хъ, вси́ бо свѧще́нницы, и҆̀же тꙋ̀ ѡ҆брѣто́шасѧ, ѡ҆свѧще́ни бы́ша и҆ не бѧ́хꙋ расположе́ни въ дневнꙋ́ю чредꙋ̀,

и левиты певцы,- все они, то есть Асаф, Еман, Идифун и сыновья их, и братья их,- одетые в виссон, с кимвалами и с псалтирями и цитрами стояли на восточной стороне жертвенника, и с ними сто двадцать священников, трубивших трубами,

леѵі́ти же и҆ пѣвцы̀ всѝ съ сынмѝ а҆са́фовыми, со є҆ма́номъ, і҆дїѳꙋ́момъ, и҆ съ сынмѝ и҆́хъ и҆ съ бра́тїѧми и҆́хъ, ѡ҆блече́ни въ ри̑зы льнѧ̑ны, въ кѷмва́лѣхъ и҆ ѱалти́ри и҆ гꙋ́слехъ (возглаша́хꙋ) стоѧ́ще пред̾ ѻ҆лтаре́мъ, и҆ съ ни́ми жерцє́въ сто̀ два́десѧть трꙋбѧ́ще трꙋба́ми:

и были, как один, трубящие и поющие, издавая один голос к восхвалению и славословию Господа; и когда загремел звук труб и кимвалов и музыкальных орудий, и восхваляли Господа, ибо Он благ, ибо вовек милость Его; тогда дом, дом Господень, наполнило облако,

и҆ бы́сть є҆ди́нъ гла́съ въ трꙋбле́нїи и҆ въ ѱалмопѣ́нїи и҆ въ возглаше́нїи гла́сомъ є҆ди́нымъ є҆́же хвали́ти и҆ и҆сповѣ́датисѧ гдⷭ҇еви. И҆ є҆гда̀ воздвиго́ша гла́съ въ трꙋба́хъ и҆ кѷмва́лѣхъ и҆ ѻ҆рга́нѣхъ пѣ́сней, и҆ глаго́лахꙋ: и҆сповѣ́дайтесѧ гдⷭ҇еви, ꙗ҆́кѡ бл҃гъ, ꙗ҆́кѡ въ вѣ́къ млⷭ҇ть є҆гѡ̀: и҆ до́мъ и҆спо́лнисѧ ѡ҆́блака сла́вы гдⷭ҇ни,

и не могли священники стоять на служении по причине облака, потому что слава Господня наполнила дом Божий.

и҆ не мого́ша свѧще́нницы ста́ти слꙋжи́ти ѿ лица̀ ѡ҆́блака, напо́лни бо сла́ва гдⷭ҇нѧ до́мъ бж҃їй.