Послание апостола Павла к Евреям

Ибо Мелхиседек, царь Салима, священник Бога Всевышнего, тот, который встретил Авраама и благословил его, возвращающегося после поражения царей,

[Заⷱ҇ 315] Се́й бо мелхїседе́къ, цр҃ь сали́мскїй, сщ҃е́нникъ бг҃а вы́шнѧгѡ, и҆́же срѣ́те а҆враа́ма возвра́щшасѧ ѿ сѣ́ча царе́й и҆ блгⷭ҇вѝ є҆го̀,

которому и десятину отделил Авраам от всего,- во-первых, по знаменованию имени царь правды, а потом и царь Салима, то есть царь мира,

є҆мꙋ́же и҆ десѧти́нꙋ ѿ всѣ́хъ ѿдѣлѝ а҆враа́мъ, пе́рвѣе ᲂу҆́бѡ сказꙋ́етсѧ цр҃ь пра́вды, пото́мъ же цр҃ь сали́мскїй, є҆́же є҆́сть, цр҃ь ми́ра,

без отца, без матери, без родословия, не имеющий ни начала дней, ни конца жизни, уподобляясь Сыну Божию, пребывает священником навсегда.

без̾ ѻ҆тца̀, без̾ ма́тере, без̾ при́чта ро́да, ни нача́ла днє́мъ, ни животꙋ̀ конца̀ и҆мѣ́ѧ, ᲂу҆подо́бленъ же сн҃ꙋ бж҃їю, пребыва́етъ сщ҃е́нникъ вы́нꙋ.

Видите, как велик тот, которому и Авраам патриарх дал десятину из лучших добыч своих.

Ви́дите же, є҆ли́къ се́й, є҆мꙋ́же и҆ десѧти́нꙋ да́лъ є҆́сть а҆враа́мъ патрїа́рхъ ѿ и҆збра́нныхъ.

Получающие священство из сынов Левииных имеют заповедь - брать по закону десятину с народа, то есть со своих братьев, хотя и сии произошли от чресл Авраамовых.

И҆ прїе́млющїи ᲂу҆́бѡ свѧще́нство ѿ сынѡ́въ леѵі̑инъ за́повѣдь и҆́мꙋтъ ѡ҆десѧ́тствовати лю́ди по зако́нꙋ, си́рѣчь, бра́тїю свою̀, а҆́ще и҆ ѿ чре́слъ а҆враа́мовыхъ и҆зше́дшꙋю:

Но сей, не происходящий от рода их, получил десятину от Авраама и благословил имевшего обетования.

не причита́емый же ро́домъ къ ни̑мъ, ѡ҆десѧ́тствова а҆враа́ма и҆ и҆мꙋ́щаго ѡ҆бѣтова̑нїѧ блгⷭ҇вѝ:

Без всякого же прекословия меньший благословляется бо́льшим.

[Заⷱ҇ 316] без̾ всѧ́кагѡ же прекосло́вїѧ ме́ньшее ѿ бо́льшагѡ бл҃гословлѧ́етсѧ.

И здесь десятины берут человеки смертные, а там - имеющий о себе свидетельство, что он живет.

И҆ здѣ̀ ᲂу҆́бѡ десѧти̑ны человѣ́цы ᲂу҆мира́ющїи прїе́млютъ: та́мѡ же свидѣ́тельствꙋемый, ꙗ҆́кѡ жи́въ є҆́сть.

И, так сказать, сам Левий, принимающий десятины, в лице Авраама дал десятину:

И҆ да си́це рекꙋ̀, а҆враа́момъ и҆ леѵі́й, прїе́млѧй десѧти̑ны, десѧти̑ны да́лъ є҆́сть:

ибо он был еще в чреслах отца, когда Мелхиседек встретил его.

є҆ще́ бо въ чре́слѣхъ ѻ҆́тчїихъ бѧ́ше, є҆гда̀ срѣ́те є҆го̀ мелхїседе́къ.

Итак, если бы совершенство достигалось посредством левитского священства,- ибо с ним сопряжен закон народа,- то какая бы еще нужда была восставать иному священнику по чину Мелхиседека, а не по чину Аарона именоваться?

А҆́ще ᲂу҆́бѡ соверше́нство леѵі́тскимъ свѧще́нствомъ бы́ло, лю́дїе бо на не́мъ взако́нени бы́ша: ка́ѧ є҆щѐ потре́ба по чи́нꙋ мелхїседе́ковꙋ и҆но́мꙋ воста́ти свѧще́нникꙋ, а҆ не по чи́нꙋ а҆арѡ́новꙋ глаго́латисѧ;

Потому что с переменою священства необходимо быть перемене и закона.

прелага́емꙋ бо свѧще́нствꙋ, по нꙋ́жди и҆ зако́нꙋ премѣне́нїе быва́етъ.

Ибо Тот, о Котором говорится сие, принадлежал к иному колену, из которого никто не приступал к жертвеннику.

Ѡ҆ не́мже бо глаго́лютсѧ сїѧ̑, колѣ́нꙋ и҆но́мꙋ причасти́сѧ, ѿ негѡ́же никто́же пристꙋпѝ ко ѻ҆лтарю̀:

Ибо известно, что Господь наш воссиял из колена Иудина, о котором Моисей ничего не сказал относительно священства.

ꙗ҆́вѣ бо, ꙗ҆́кѡ ѿ колѣ́на і҆ꙋ́дова возсїѧ̀ гдⷭ҇ь на́шъ, ѡ҆ не́мже колѣ́нѣ мѡѷсе́й ѡ҆ свѧще́нствѣ ничесо́же глаго́ла.

И это еще яснее видно из того, что по подобию Мелхиседека восстает Священник иной,

И҆ ли́шше є҆щѐ ꙗ҆́вѣ є҆́сть, ꙗ҆́кѡ по подо́бїю мелхїседе́ковꙋ востае́тъ сщ҃е́нникъ и҆́нъ,

Который таков не по закону заповеди плотской, но по силе жизни непрестающей.

и҆́же не по зако́нꙋ за́повѣди плотскі́ѧ бы́сть, но по си́лѣ живота̀ неразрꙋша́емагѡ.

Ибо засвидетельствовано: Ты священник вовек по чину Мелхиседека.

Свидѣ́тельствꙋетъ бо, ꙗ҆́кѡ ты̀ є҆сѝ сщ҃е́нникъ во вѣ́къ по чи́нꙋ мелхїседе́ковꙋ.

Отменение же прежде бывшей заповеди бывает по причине ее немощи и бесполезности,

[Заⷱ҇ 317] Ѿлага́нїе ᲂу҆́бѡ быва́етъ пре́жде бы́вшїѧ за́повѣди за не́мощное є҆ѧ̀ и҆ неполе́зное:

ибо закон ничего не довел до совершенства; но вводится лучшая надежда, посредством которой мы приближаемся к Богу.

ничто́же бо соверши́лъ зако́нъ: привведе́нїе же є҆́сть лꙋ́чшемꙋ ᲂу҆пова́нїю, и҆́мже приближа́емсѧ къ бг҃ꙋ.

И как сие было не без клятвы,-

И҆ по є҆ли́кꙋ не без̾ клѧ́твы:

ибо те были священниками без клятвы, а Сей с клятвою, потому что о Нем сказано: клялся Господь, и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека,-

ѻ҆ни́ бо без̾ клѧ́твы свѧще́нницы бы́ша, се́й же съ клѧ́твою чрез̾ глаго́лющаго къ немꙋ̀: клѧ́тсѧ гдⷭ҇ь и҆ не раска́етсѧ: ты̀ є҆сѝ сщ҃е́нникъ во вѣ́къ по чи́нꙋ мелхїседе́ковꙋ:

то лучшего завета поручителем соделался Иисус.

по толи́кꙋ лꙋ́чшагѡ завѣ́та бы́сть и҆спорꙋ́чникъ і҆и҃съ.

Притом тех священников было много, потому что смерть не допускала пребывать одному;

И҆ ѻ҆нѝ мно́жайши свѧще́нницы бы́ша, занѐ сме́ртїю возбране́ни сꙋ́ть пребыва́ти:

а Сей, как пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее,

се́й же, зане́же пребыва́етъ во вѣ́ки, непрестꙋ́пное и҆́мать сщ҃е́нство,

посему и может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них.

тѣ́мже и҆ спⷭ҇тѝ до конца̀ мо́жетъ приходѧ́щихъ чрез̾ него̀ къ бг҃ꙋ, всегда̀ жи́въ сы́й, во є҆́же хода́тайствовати ѡ҆ ни́хъ.

[Зач. 318.] Таков и должен быть у нас Первосвященник: святой, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников и превознесенный выше небес,

[Зач. 318.] [Заⷱ҇ 318] Тако́въ бо на́мъ подоба́ше а҆рхїере́й: прпⷣбенъ, неѕло́бивъ, безскве́рненъ, ѿлꙋче́нъ ѿ грѣ̑шникъ и҆ вы́шше нб҃съ бы́вый,

Который не имеет нужды ежедневно, как те первосвященники, приносить жертвы сперва за свои грехи, потом за грехи народа, ибо Он совершил это однажды, принеся в жертву Себя Самого.

и҆́же не и҆́мать по всѧ̑ дни̑ нꙋ́жды, ꙗ҆́коже первосвѧще́нницы, пре́жде ѡ҆ свои́хъ грѣсѣ́хъ жє́ртвы приноси́ти, пото́мъ же ѡ҆ людски́хъ: сїе́ бо сотворѝ є҆ди́ною, себѐ прине́съ.

Ибо закон поставляет первосвященниками человеков, имеющих немощи; а слово клятвенное, после закона, поставило Сына, на веки совершенного.

Зако́нъ бо человѣ́ки поставлѧ́етъ первосвѧще́нники, и҆мꙋ́щыѧ не́мощь: сло́во же клѧ́твенное, є҆́же по зако́нѣ, сн҃а во вѣ́ки соверше́нна.

Главное же в том, о чем говорим, есть то: мы имеем такого Первосвященника, Который воссел одесную престола величия на небесах

Глава́ же ѡ҆ глаго́лемыхъ: такова̀ и҆́мамы первосщ҃е́нника, и҆́же сѣ́де ѡ҆деснꙋ́ю прⷭ҇то́ла вели́чествїѧ на нб҃сѣ́хъ,

и есть священнодействователь святилища и скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек.

ст҃ы̑мъ слꙋжи́тель и҆ ски́нїи и҆́стиннѣй, ю҆́же водрꙋзѝ гдⷭ҇ь, а҆ не человѣ́къ.

Всякий первосвященник поставляется для приношения даров и жертв; а потому нужно было, чтобы и Сей также имел, что принести.

Всѧ́къ бо первосвѧще́нникъ, во є҆́же приноси́ти да́ры же и҆ жє́ртвы, поставлѧ́емь быва́етъ: тѣ́мже потре́ба и҆мѣ́ти что̀ и҆ семꙋ̀, є҆́же принесе́тъ.

Если бы Он оставался на земле, то не был бы и священником, потому что здесь такие священники, которые по закону приносят дары,

А҆́ще бы бо бы́лъ на землѝ, не бы̀ бы́лъ сщ҃е́нникъ, сꙋ́щымъ свѧще́нникѡмъ приносѧ́щымъ по зако́нꙋ да́ры,

которые служат образу и тени небесного, как сказано было Моисею, когда он приступал к совершению скинии: смотри, сказано, сделай все по образу, показанному тебе на горе.

и҆̀же ѡ҆́бразꙋ и҆ стѣ́ни слꙋ́жатъ нбⷭ҇ныхъ, ꙗ҆́коже гл҃ано бы́сть мѡѷсе́ю, хотѧ́щꙋ сотвори́ти ски́нїю: ви́ждь бо, речѐ, сотвори́ши всѧ̑ по ѡ҆́бразꙋ пока́занномꙋ тѝ на горѣ̀.

Но Сей Первосвященник получил служение тем превосходнейшее, чем лучшего Он ходатай завета, который утвержден на лучших обетованиях.

Нн҃ѣ же лꙋ́чшее ᲂу҆лꙋчѝ слꙋже́нїе, по є҆ли́кꙋ и҆ лꙋ́чшагѡ завѣ́та є҆́сть хода́тай, и҆́же на лꙋ́чшихъ ѡ҆бѣтова́нїихъ ᲂу҆зако́нисѧ.

Ибо, если бы первый завет был без недостатка, то не было бы нужды искать места другому.

[Заⷱ҇ 319] А҆́ще бо бы пе́рвый ѡ҆́нъ непоро́ченъ бы́лъ, не бы̀ второ́мꙋ и҆ска́лосѧ мѣ́сто.

Но пророк, укоряя их, говорит: вот, наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет,

Оу҆корѧ́ѧ бо и҆̀хъ глаго́летъ: сѐ, дні́е грѧдꙋ́тъ, гл҃етъ гдⷭ҇ь, и҆ совершꙋ̀ на до́мъ і҆и҃левъ и҆ на до́мъ і҆ꙋ́довъ завѣ́тъ но́въ,

не такой завет, какой Я заключил с отцами их в то время, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской, потому что они не пребыли в том завете Моем, и Я пренебрег их, говорит Господь.

не по завѣ́тꙋ, є҆го́же сотвори́хъ ѻ҆тцє́мъ и҆́хъ въ де́нь, во́ньже є҆́мшꙋ мѝ и҆̀хъ за рꙋ́кꙋ, и҆звестѝ и҆̀хъ ѿ землѝ є҆гѵ́петскїѧ: занѐ ті́и не пребы́ша въ завѣ́тѣ мое́мъ, и҆ а҆́зъ неради́хъ ѡ҆ ни́хъ, гл҃етъ гдⷭ҇ь.

Вот завет, который завещаю дому Израилеву после тех дней, говорит Господь: вложу законы Мои в мысли их, и напишу их на сердцах их; и буду их Богом, а они будут Моим народом.

Ꙗ҆́кѡ се́й завѣ́тъ, є҆го́же завѣща́ю до́мꙋ і҆и҃левꙋ по ѻ҆́нѣхъ дне́хъ, гл҃етъ гдⷭ҇ь, даѧ̀ зако́ны моѧ̑ въ мы̑сли и҆́хъ, и҆ на сердца́хъ и҆́хъ напишꙋ̀ и҆̀хъ, и҆ бꙋ́дꙋ и҆̀мъ бг҃ъ, и҆ ті́и бꙋ́дꙋтъ мнѣ̀ лю́дїе.

И не будет учить каждый ближнего своего и каждый брата своего, говоря: познай Господа; потому что все, от малого до большого, будут знать Меня,

И҆ не и҆́мать наꙋчи́ти кі́йждо и҆́скреннѧго своего̀ и҆ кі́йждо бра́та своего̀, глаго́лѧ: позна́й гдⷭ҇а: ꙗ҆́кѡ всѝ ᲂу҆вѣ́дѧтъ мѧ̀ ѿ ма́ла да́же и҆ до вели́ка и҆́хъ,

потому что Я буду милостив к неправдам их, и грехов их и беззаконий их не воспомяну более.

занѐ млⷭ҇тивъ бꙋ́дꙋ непра́вдамъ и҆́хъ и҆ грѣхѡ́въ и҆́хъ и҆ беззако́нїй и҆́хъ не и҆́мамъ помѧнꙋ́ти ктомꙋ̀.

Говоря "новый", показал ветхость первого; а ветшающее и стареющее близко к уничтожению.

Внегда́ же гл҃етъ но́въ, ѡ҆бветшѝ пе́рваго: а҆ ѡ҆бветшава́ющее и҆ состарѣва́ющеесѧ бли́з̾ є҆́сть и҆стлѣ́нїѧ.