Книга пророка Иезекииля

А ты подними плач о князьях Израиля

Ты́ же, сы́не человѣ́чь, возмѝ пла́чь на кнѧ̑зи і҆и҃лєвы,

и скажи: что за львица мать твоя? расположилась среди львов, между молодыми львами растила львенков своих.

и҆ рече́ши: почто̀ ма́ти твоѧ̀ льви́ца средѣ̀ львѡ́въ почѝ, посредѣ̀ львѡ́въ ᲂу҆мно́жи льви̑чища своѧ̑;

И вскормила одного из львенков своих; он сделался молодым львом и научился ловить добычу, ел людей.

И҆ ѿскочѝ є҆ди́нъ ѿ льви́чищъ є҆ѧ̀ и҆ бы́сть ле́въ, и҆ наꙋчи́сѧ восхища́ти восхищє́нїѧ и҆ человѣ́ки снѣдѐ.

И услышали о нем народы; он пойман был в яму их, и в цепях отвели его в землю Египетскую.

И҆ слы́шаша ѡ҆ не́мъ ꙗ҆зы́цы, и҆ ꙗ҆́тъ бы́сть въ растлѣ́нїи и҆́хъ, и҆ приведо́ша є҆го̀ во ᲂу҆здѣ̀ во є҆гѵ́петъ.

И когда, пождав, увидела она, что надежда ее пропала, тогда взяла другого из львенков своих и сделала его молодым львом.

И҆ ви́дѣ, ꙗ҆́кѡ ѿведе́нъ бы́сть ѿ неѧ̀, и҆ поги́бе ча́ѧнїе є҆ѧ̀: и҆ взѧ̀ и҆на́го ѿ льви́чищъ свои́хъ и҆ льво́мъ ᲂу҆чинѝ є҆го̀,

И, сделавшись молодым львом, он стал ходить между львами и научился ловить добычу, ел людей

и҆ живѧ́ше посредѣ̀ львѡ́въ, бы́сть ле́въ и҆ наꙋчи́сѧ восхища́ти восхищє́нїѧ: человѣ́ки и҆з̾ѧдѐ,

и осквернял вдов их и города их опустошал; и опустела земля и все селения ее от рыкания его.

и҆ пасѧ́шесѧ въ лю́тости свое́й, и҆ гра́ды и҆́хъ пꙋ̑сты поста́ви, и҆ погꙋбѝ зе́млю и҆ и҆сполне́нїе є҆ѧ̀ гла́сомъ рыка́нїѧ своегѡ̀.

Тогда восстали на него народы из окрестных областей и раскинули на него сеть свою; он пойман был в яму их.

И҆ да́ша на́нь ꙗ҆зы́цы ѡ҆́крестъ ѿ стра́нъ и҆ простро́ша на́нь мрє́жи своѧ̑, и҆ въ погꙋбле́нїи и҆́хъ ꙗ҆́тъ бы́сть.

И посадили его в клетку на цепи и отвели его к царю Вавилонскому; отвели его в крепость, чтобы не слышен уже был голос его на горах Израилевых.

И҆ положи́ша є҆го̀ во ᲂу҆здѣ̀ и҆ въ клѣ́ти, приведо́ша є҆го̀ ко царю̀ вавѷлѡ́нскꙋ и҆ вверго́ша є҆го̀ въ темни́цꙋ, ꙗ҆́кѡ да не слы́шитсѧ гла́съ є҆гѡ̀ ктомꙋ̀ на гора́хъ і҆и҃левыхъ.

Твоя мать была, как виноградная лоза, посаженная у воды; плодовита и ветвиста была она от обилия воды.

Ма́ти твоѧ̀ ꙗ҆́кѡ вїногра́дъ и҆ ꙗ҆́кѡ цвѣ́тъ ши́пчанъ на водѣ̀ насажде́нъ, пло́дъ є҆гѡ̀ и҆ ѿра́сль є҆гѡ̀ бы́сть ѿ воды̀ мно́ги.

И были у нее ветви крепкие для скипетров властителей, и высоко поднялся ствол ее между густыми ветвями; и выдавалась она высотою своею со множеством ветвей своих.

И҆ бы́сть є҆мꙋ̀ же́злъ крѣ́пости над̾ пле́менемъ старѣ́йшинъ, и҆ вознесе́сѧ въ вели́чїи свое́мъ средѣ̀ ло́зїѧ: и҆ ви́дѣ вели́чество своѐ во мно́жествѣ ло́зїѧ своегѡ̀,

Но во гневе вырвана, брошена на землю, и восточный ветер иссушил плод ее; отторжены и иссохли крепкие ветви ее, огонь пожрал их.

и҆ ѡ҆бломи́сѧ въ ꙗ҆́рости, и҆ на зе́млю пове́рженъ бы́сть, и҆ вѣ́тръ зно́йный и҆зсꙋшѝ плоды̀ є҆гѡ̀: ᲂу҆вѧдо́ша, и҆ и҆́зсше же́злъ крѣ́пости є҆гѡ̀: ѻ҆́гнь потребѝ є҆го̀.

А теперь она пересажена в пустыню, в землю сухую и жаждущую.

И҆ нн҃ѣ насади́ша є҆го̀ въ пꙋсты́ни, на землѝ безво́днѣ.

И вышел огонь из ствола ветвей ее, пожрал плоды ее и не осталось на ней ветвей крепких для скипетра властителя. Это плачевная песнь, и останется для плача.

И҆ и҆зы́де ѻ҆́гнь ѿ жезла̀ и҆збра́нныхъ є҆гѡ̀ и҆ поѧдѐ и҆̀, и҆ не бѣ̀ въ не́мъ жезла̀ крѣ́пости є҆гѡ̀: пле́мѧ въ при́тчꙋ пла́ча є҆́сть, и҆ бꙋ́детъ пла́чь.